Telegram Group & Telegram Channel
Журналист, писатель Сергей Строкань @strokan

Внезапное признание одного из наиболее заметных пиарщиков Киева Алексея Арестовича о том, что в зоне противостояния в Донбассе «ситуация аховая», и столь же неожиданное заявление главы МИД Украины Дмитрия Кулебы, что ситуация «чрезвычайно плоха», стали самыми обсуждаемыми, но далеко не единственными признаками того, что для украинской стороны что-то надломилось.

Держать удар ВСУ с каждым днём становится всё труднее, скрывать это с помощью прежней информационной игры в напёрсток уже невозможно. Это факт.

Поражения на поле боя сопровождаются раздраем в верхах. Подтверждением этого стал презрительный пост мэра Днепра Бориса Филатова в адрес Арестовича и информационной политики Киева, в котором мелькает слово «жопа».

Между тем не столь заметным, но, возможно, самым главным итогом первых трёх месяцев российской спецоперации стало начало конца новой украинской неоязыческой веры, пошатнувшейся в момент появления из подземелий «Азовстали» сдающихся в плен её наиболее ярых адептов.

Момент превращения этих полумифических непобедимых героев в отводящих глаза людей в камуфляже, отвоевавших своё и уезжающих на автобусах в новую пугающую их реальность, и стал тем моментом истины, который должен был наступить.

Боровшаяся за получение автокефалии при предыдущем президенте Порошенко и углубившая церковный раскол последним решением поместного собора УПЦ о независимости от РПЦ Украина давно находилась во власти другой разрушительной веры, не имеющей ничего общего с христианством.

Если девизом созданного полтора века назад Еленой Блаватской Теософского общества, искавшего новую суперверу, был слоган There is no religion higher than truth («Нет религии выше, чем истина»), то лозунгом сидельцев «Азовстали» и тех, кто ещё воюет, могло бы стать: «Нет религии выше, чем Украина». То самое «Украина понад усе» («Украина превыше всего»).

Разумеется, речь не о Малороссии Гоголя или той Украине, которая изображена на мозаиках станции метро «Киевская» в Москве, выполненных в эстетике соцреализма.

Эта новая религия, которую можно было бы назвать «свидомизм», представляет собой дьявольский замес из обрывков традиционных и нетрадиционных религий, верований и культов.

«Свидомизм» — это такая постмодернистская вера, где Богородица берёт в руки американскую противотанковую систему, являясь киевлянам на стене многоэтажки в облике Святой Джавелины, где вслед за ней перевоплотившийся в бойца Бафомет нацеливает на врага свой гранатомёт, где на бетонном полу «Азовстали» валяется неизвестно как попавшая сюда Тора.

Это такая религия, где свидомый обдолбанный Христос идёт в обнимку со свидомым Антихристом под наркотой заряжать магическую гаубицу М-777 (новое число зверя вместо 666), где Каин и Авель, забыв смысл ветхозаветного предательства, убивают уже не братьев-коллаборантов и хлебают из одной кастрюли чечевичную похлёбку, заедая её тотемной свиной тушёнкой. Это такая религия, где есть свои лжепророки — Волына и Калына, один из которых пишет письмо Папе Римскому: «Ваше святейшество, Папа Франциск!» — взывая о помощи.

Сегодня мы наблюдаем распад этой бесконечной карусели калыны-волыны-джавелины и её адептов, за частью которых уже закрылись ворота колонии, но ещё не захлопнулись врата ада, поскольку, помимо неизбежного земного трибунала, положен ведь ещё и небесный суд.

@rt_russian
👍54🤔52👏1😁1



group-telegram.com/special_authors/856
Create:
Last Update:

Журналист, писатель Сергей Строкань @strokan

Внезапное признание одного из наиболее заметных пиарщиков Киева Алексея Арестовича о том, что в зоне противостояния в Донбассе «ситуация аховая», и столь же неожиданное заявление главы МИД Украины Дмитрия Кулебы, что ситуация «чрезвычайно плоха», стали самыми обсуждаемыми, но далеко не единственными признаками того, что для украинской стороны что-то надломилось.

Держать удар ВСУ с каждым днём становится всё труднее, скрывать это с помощью прежней информационной игры в напёрсток уже невозможно. Это факт.

Поражения на поле боя сопровождаются раздраем в верхах. Подтверждением этого стал презрительный пост мэра Днепра Бориса Филатова в адрес Арестовича и информационной политики Киева, в котором мелькает слово «жопа».

Между тем не столь заметным, но, возможно, самым главным итогом первых трёх месяцев российской спецоперации стало начало конца новой украинской неоязыческой веры, пошатнувшейся в момент появления из подземелий «Азовстали» сдающихся в плен её наиболее ярых адептов.

Момент превращения этих полумифических непобедимых героев в отводящих глаза людей в камуфляже, отвоевавших своё и уезжающих на автобусах в новую пугающую их реальность, и стал тем моментом истины, который должен был наступить.

Боровшаяся за получение автокефалии при предыдущем президенте Порошенко и углубившая церковный раскол последним решением поместного собора УПЦ о независимости от РПЦ Украина давно находилась во власти другой разрушительной веры, не имеющей ничего общего с христианством.

Если девизом созданного полтора века назад Еленой Блаватской Теософского общества, искавшего новую суперверу, был слоган There is no religion higher than truth («Нет религии выше, чем истина»), то лозунгом сидельцев «Азовстали» и тех, кто ещё воюет, могло бы стать: «Нет религии выше, чем Украина». То самое «Украина понад усе» («Украина превыше всего»).

Разумеется, речь не о Малороссии Гоголя или той Украине, которая изображена на мозаиках станции метро «Киевская» в Москве, выполненных в эстетике соцреализма.

Эта новая религия, которую можно было бы назвать «свидомизм», представляет собой дьявольский замес из обрывков традиционных и нетрадиционных религий, верований и культов.

«Свидомизм» — это такая постмодернистская вера, где Богородица берёт в руки американскую противотанковую систему, являясь киевлянам на стене многоэтажки в облике Святой Джавелины, где вслед за ней перевоплотившийся в бойца Бафомет нацеливает на врага свой гранатомёт, где на бетонном полу «Азовстали» валяется неизвестно как попавшая сюда Тора.

Это такая религия, где свидомый обдолбанный Христос идёт в обнимку со свидомым Антихристом под наркотой заряжать магическую гаубицу М-777 (новое число зверя вместо 666), где Каин и Авель, забыв смысл ветхозаветного предательства, убивают уже не братьев-коллаборантов и хлебают из одной кастрюли чечевичную похлёбку, заедая её тотемной свиной тушёнкой. Это такая религия, где есть свои лжепророки — Волына и Калына, один из которых пишет письмо Папе Римскому: «Ваше святейшество, Папа Франциск!» — взывая о помощи.

Сегодня мы наблюдаем распад этой бесконечной карусели калыны-волыны-джавелины и её адептов, за частью которых уже закрылись ворота колонии, но ещё не захлопнулись врата ада, поскольку, помимо неизбежного земного трибунала, положен ведь ещё и небесный суд.

@rt_russian

BY Специально для RT




Share with your friend now:
group-telegram.com/special_authors/856

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

Pavel Durov, a billionaire who embraces an all-black wardrobe and is often compared to the character Neo from "the Matrix," funds Telegram through his personal wealth and debt financing. And despite being one of the world's most popular tech companies, Telegram reportedly has only about 30 employees who defer to Durov for most major decisions about the platform. In December 2021, Sebi officials had conducted a search and seizure operation at the premises of certain persons carrying out similar manipulative activities through Telegram channels. Telegram has gained a reputation as the “secure” communications app in the post-Soviet states, but whenever you make choices about your digital security, it’s important to start by asking yourself, “What exactly am I securing? And who am I securing it from?” These questions should inform your decisions about whether you are using the right tool or platform for your digital security needs. Telegram is certainly not the most secure messaging app on the market right now. Its security model requires users to place a great deal of trust in Telegram’s ability to protect user data. For some users, this may be good enough for now. For others, it may be wiser to move to a different platform for certain kinds of high-risk communications. At this point, however, Durov had already been working on Telegram with his brother, and further planned a mobile-first social network with an explicit focus on anti-censorship. Later in April, he told TechCrunch that he had left Russia and had “no plans to go back,” saying that the nation was currently “incompatible with internet business at the moment.” He added later that he was looking for a country that matched his libertarian ideals to base his next startup. "Markets were cheering this economic recovery and return to strong economic growth, but the cheers will turn to tears if the inflation outbreak pushes businesses and consumers to the brink of recession," he added.
from it


Telegram Специально для RT
FROM American