Telegram Group & Telegram Channel
​​Читать современную российскую прозу в каких-то нестыдных количествах я начал только в прошлом году, так что пока сильно отстаю от коллег, уже написавших обзоры на знаковые книги. Роман «На улице Дыбенко» отнесу как раз к таким. Это дебют поэтессы и драматурга Кристины Маиловской, в интервью «Снобу» Кристина говорит, что ей стало тесно в рамках стихотворного текста, захотелось освоить и другие «языки». 

Роман начинается примерно с середины истории: пока Кира работает в институте культуры, дома ее ждет муж Сережа — наркоман, регулярно обещающий завязать. Каждый день она размышляет о том, как соберет чемодан и уйдет, но не делает этого. Время в романе периодически откатывается назад, и мы узнаем все больше о природе их созависимых отношений.

В 90-е Кира бежит с отцом из Азербайджана в Волгоград в надежде на спокойную жизнь. Но однажды отец сообщает Кире, что связался не с теми людьми и ей срочно надо переехать. Мать не принимает Киру, и она вынуждена искать съемную квартиру на скромную стипендию. После череды лишений Кира встречает Сережу и видит в нем спасение от всех проблем. Он помогает ей с жильем, кормит черной икрой из трехлитровой банки и поит водкой. Они молоды, влюблены, но оба очень травмированы. 

Читатель попадает в эдакий замес 90-х, с нищетой, бандитами, маргиналами и этническими конфликтами, наблюдая, как герои романа все время пытаются балансировать между этой маргинальность и нормальной жизнью. Их поступки продиктованы временем и воспитаем, однако во многом они просто недолюбленные дети. Но это не чернуха в привычном ее понимании — и Кира, и Сережа пытаются побороть свои зависимости, вопрос лишь в том, кто из них окажется сильнее. 

Некоторые современные авторы склонны романтизировать 90-е, рассказывая о каком-то эфемерном времени детства, когда трава была зеленее, облака выше и повсюду царила свобода. Кристина, наоборот, описывает бытовую жизнь обычных людей, обращает внимание, что таких Кир и Сереж было много, но их предпочитали не замечать.

#многобукв
🔥1910❤‍🔥5💔2



group-telegram.com/viktorisreading/1469
Create:
Last Update:

​​Читать современную российскую прозу в каких-то нестыдных количествах я начал только в прошлом году, так что пока сильно отстаю от коллег, уже написавших обзоры на знаковые книги. Роман «На улице Дыбенко» отнесу как раз к таким. Это дебют поэтессы и драматурга Кристины Маиловской, в интервью «Снобу» Кристина говорит, что ей стало тесно в рамках стихотворного текста, захотелось освоить и другие «языки». 

Роман начинается примерно с середины истории: пока Кира работает в институте культуры, дома ее ждет муж Сережа — наркоман, регулярно обещающий завязать. Каждый день она размышляет о том, как соберет чемодан и уйдет, но не делает этого. Время в романе периодически откатывается назад, и мы узнаем все больше о природе их созависимых отношений.

В 90-е Кира бежит с отцом из Азербайджана в Волгоград в надежде на спокойную жизнь. Но однажды отец сообщает Кире, что связался не с теми людьми и ей срочно надо переехать. Мать не принимает Киру, и она вынуждена искать съемную квартиру на скромную стипендию. После череды лишений Кира встречает Сережу и видит в нем спасение от всех проблем. Он помогает ей с жильем, кормит черной икрой из трехлитровой банки и поит водкой. Они молоды, влюблены, но оба очень травмированы. 

Читатель попадает в эдакий замес 90-х, с нищетой, бандитами, маргиналами и этническими конфликтами, наблюдая, как герои романа все время пытаются балансировать между этой маргинальность и нормальной жизнью. Их поступки продиктованы временем и воспитаем, однако во многом они просто недолюбленные дети. Но это не чернуха в привычном ее понимании — и Кира, и Сережа пытаются побороть свои зависимости, вопрос лишь в том, кто из них окажется сильнее. 

Некоторые современные авторы склонны романтизировать 90-е, рассказывая о каком-то эфемерном времени детства, когда трава была зеленее, облака выше и повсюду царила свобода. Кристина, наоборот, описывает бытовую жизнь обычных людей, обращает внимание, что таких Кир и Сереж было много, но их предпочитали не замечать.

#многобукв

BY Пользуйтесь закладкой




Share with your friend now:
group-telegram.com/viktorisreading/1469

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

For example, WhatsApp restricted the number of times a user could forward something, and developed automated systems that detect and flag objectionable content. "Your messages about the movement of the enemy through the official chatbot … bring new trophies every day," the government agency tweeted. For Oleksandra Tsekhanovska, head of the Hybrid Warfare Analytical Group at the Kyiv-based Ukraine Crisis Media Center, the effects are both near- and far-reaching. On February 27th, Durov posted that Channels were becoming a source of unverified information and that the company lacks the ability to check on their veracity. He urged users to be mistrustful of the things shared on Channels, and initially threatened to block the feature in the countries involved for the length of the war, saying that he didn’t want Telegram to be used to aggravate conflict or incite ethnic hatred. He did, however, walk back this plan when it became clear that they had also become a vital communications tool for Ukrainian officials and citizens to help coordinate their resistance and evacuations. The original Telegram channel has expanded into a web of accounts for different locations, including specific pages made for individual Russian cities. There's also an English-language website, which states it is owned by the people who run the Telegram channels.
from it


Telegram Пользуйтесь закладкой
FROM American