Telegram Group & Telegram Channel
Делимся с вами новым сезоном Gamething — экспериментального подкаста о видеоигровой культуре, который ведут гейм-дизайнер Пиппин Барр и устный историк Дэвид Волински. На этот раз они рассуждают о внутриигровой фотографии в широком смысле — об агентнтости камеры в играх, статусе скриншота как документа и этике цифрового виденья.

Барр известен тем, что выступает в роли и теоретика, и практика геймдизайна. Мы рассказывали про его книгу, в которой он описывает скрытое вещество видеоигр — вычисления, правила, интерфейсы и деньги. Звучит как обычная книга про game studies, но есть одно «но» — каждый свой тезис Барр проиллюстрировал собственной игрой-прототипом. А Волински взаимодействует с игровым сообществом скорее в роли антрополога — например, он взял больше 600 интервью у разработчиков и теоретиков.

Подкаст Барра и Волински выходит в необычном формате. Сначала они договариваются играть в одну и ту же игру, а потом отправляют друг другу голосовые сообщения о своем опыте. Это больше похоже на аудиодневник на двоих. В этот раз они выбрали восемь игр с принципиально разной механикой. Скажем, Red Dead Online (2018) — это онлайн-режим для Red Dead Redemption 2, симулятора дикого запада с открытым миром. В этой игре есть фоторежим, но фотографировать других — значит быть уязвимым: камера не защитит от агрессивных игроков с оружием.

С другой стороны, есть игры, в которых фотографирование превращается в основную задачу. Например, в Pokémon Snap (1999) игроки выступают в роли ученых, преобразующих фауну игрового мира в упорядоченный фотоархив. Но чтобы сделать удачное фото, нужно разучить хореографию движений покемонов. Хорошо сфотографировать пикачу — не так-то просто, потому что он постоянно подпрыгивает; нужно попасть в момент, когда он замрет после прыжка. А хоррор-игра Fatal Frame (2002) раскрывает связь фотографии со сверхъестественным, которая была сильна с самого появления этой технологии. Чтобы защититься от призраков, игрокам нужно поймать их в кадр.

В сущности, Барр и Волински анализируют то, как мы смотрим на видеоигры — или как взгляд трансформируется в цифровых мирах. Отправная точка для их теоретических интуиций — «О фотографии» Сьюзен Сонтаг и Camera Lucida Ролана Барта. Но есть и важные тексты о внутриигровом фото, которые ведущие не затрагивают. Зато вы можете их прочитать, ведь еще в 2021 году художник Константин Ремизов собрал и прокомментировал для нас шесть громких эссе в этой области. Они доступны на сайте Garage Digital.
🔥177



group-telegram.com/againstthedigital/186
Create:
Last Update:

Делимся с вами новым сезоном Gamething — экспериментального подкаста о видеоигровой культуре, который ведут гейм-дизайнер Пиппин Барр и устный историк Дэвид Волински. На этот раз они рассуждают о внутриигровой фотографии в широком смысле — об агентнтости камеры в играх, статусе скриншота как документа и этике цифрового виденья.

Барр известен тем, что выступает в роли и теоретика, и практика геймдизайна. Мы рассказывали про его книгу, в которой он описывает скрытое вещество видеоигр — вычисления, правила, интерфейсы и деньги. Звучит как обычная книга про game studies, но есть одно «но» — каждый свой тезис Барр проиллюстрировал собственной игрой-прототипом. А Волински взаимодействует с игровым сообществом скорее в роли антрополога — например, он взял больше 600 интервью у разработчиков и теоретиков.

Подкаст Барра и Волински выходит в необычном формате. Сначала они договариваются играть в одну и ту же игру, а потом отправляют друг другу голосовые сообщения о своем опыте. Это больше похоже на аудиодневник на двоих. В этот раз они выбрали восемь игр с принципиально разной механикой. Скажем, Red Dead Online (2018) — это онлайн-режим для Red Dead Redemption 2, симулятора дикого запада с открытым миром. В этой игре есть фоторежим, но фотографировать других — значит быть уязвимым: камера не защитит от агрессивных игроков с оружием.

С другой стороны, есть игры, в которых фотографирование превращается в основную задачу. Например, в Pokémon Snap (1999) игроки выступают в роли ученых, преобразующих фауну игрового мира в упорядоченный фотоархив. Но чтобы сделать удачное фото, нужно разучить хореографию движений покемонов. Хорошо сфотографировать пикачу — не так-то просто, потому что он постоянно подпрыгивает; нужно попасть в момент, когда он замрет после прыжка. А хоррор-игра Fatal Frame (2002) раскрывает связь фотографии со сверхъестественным, которая была сильна с самого появления этой технологии. Чтобы защититься от призраков, игрокам нужно поймать их в кадр.

В сущности, Барр и Волински анализируют то, как мы смотрим на видеоигры — или как взгляд трансформируется в цифровых мирах. Отправная точка для их теоретических интуиций — «О фотографии» Сьюзен Сонтаг и Camera Lucida Ролана Барта. Но есть и важные тексты о внутриигровом фото, которые ведущие не затрагивают. Зато вы можете их прочитать, ведь еще в 2021 году художник Константин Ремизов собрал и прокомментировал для нас шесть громких эссе в этой области. Они доступны на сайте Garage Digital.

BY ⅁‌‌‌‌ garage.digital


Warning: Undefined variable $i in /var/www/group-telegram/post.php on line 260

Share with your friend now:
group-telegram.com/againstthedigital/186

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

Additionally, investors are often instructed to deposit monies into personal bank accounts of individuals who claim to represent a legitimate entity, and/or into an unrelated corporate account. To lend credence and to lure unsuspecting victims, perpetrators usually claim that their entity and/or the investment schemes are approved by financial authorities. But Kliuchnikov, the Ukranian now in France, said he will use Signal or WhatsApp for sensitive conversations, but questions around privacy on Telegram do not give him pause when it comes to sharing information about the war. On Feb. 27, however, he admitted from his Russian-language account that "Telegram channels are increasingly becoming a source of unverified information related to Ukrainian events." "This time we received the coordinates of enemy vehicles marked 'V' in Kyiv region," it added. Russians and Ukrainians are both prolific users of Telegram. They rely on the app for channels that act as newsfeeds, group chats (both public and private), and one-to-one communication. Since the Russian invasion of Ukraine, Telegram has remained an important lifeline for both Russians and Ukrainians, as a way of staying aware of the latest news and keeping in touch with loved ones.
from nl


Telegram ⅁‌‌‌‌ garage.digital
FROM American